Знакомься это ты выставка

Пати - выставка Юнги | ВКонтакте

знакомься это ты выставка

Серж, знакомься – это моя новая знакомая Евгения, – отрекомендовала Яшин, заглядывая мне в глаза, завел беседу: – Вы уже видели всю выставку?. Конечно, можно ездить семьей, и это здорово! Наверное, вы знаете, что в Таллинне открывается интерактивная выставка роботов. Знакомься с девушкой-роботом Кики - она, как настоящая девушка, любит. Буквально в эти минуты на выставке «Москва в кино», организованной журналом The Hollywood Reporter и торжественно открытой Никитой.

Действительно, такая вот сферическая штуковина — я не помню, из картона, фанеры. Биотехносфера в огороде е. Село Княжичи, Киевская обл. Фотография предоставлена семьей Федора Тетяныча Я к нему обращаюсь: И самое интересное, что это с такой убедительностью произносилось каждый раз, что видно было, что он верит.

И он заражал своей верой. Действительно ведь, наверное, это вообще сейчас самое главное — вера в свое воплощение, в кого, в чего, что ты есть, кто ты. Во-первых, я себя пытаюсь спрятать вообще, потому что с социумом у меня очень сложные отношения, я, по большому счету, не верю в социум, в его позитив не верю. То есть у меня с детства были напряженные отношения с ним: Поэтому самоидентификация у каждого из нас происходит по-разному.

Кто себя с господом идентифицирует, как Федя себя, — он заявил о себе как о втором пришествии. А я, в общем-то, все-таки предпочитаю ходить в скромной человеческой шкурке, а там сами догадывайтесь, кто я есть на самом деле.

А он этого не скрывал. Вы упомянули, что Тетяныч не признавал других авангардистов. Сегодня он воспринимается альтернативой официальной советской культуре. А вот в Киеве конца х — начала х была некая общная альтернативная культурная жизнь? Учась даже в художественном институте, я не мог терпеть этих хождений по мастерским, эти тусовки, выпивоны массовые.

знакомься это ты выставка

И понятно, я всегда дома был — это моя крепость, храм, моя молельня, часовня, называйте как угодно. Но я сосредоточился на определенной духовной сфере, духовной жизни. Мне трудно ответить, так как я наблюдал несколько со стороны. Были такие островки, некое касание с великими шестидесятниками, у которых был небольшой избранный круг, с которым я слегка соприкасался: Кстати один из шестидесятников посвятил меня в рыцари — этого замечательного человека нужно вспоминать в связи с киевской ситуацией.

Он — офицер, советский офицер, аристократ духа, воспитывался в Питере, просиживал там в библиотеках, снабжал мою сестру литературой, которая у нас не в ходу. Писал стихи и занимался переводами. Его звали Юрий Георгиевич Глушановский. Кстати, он познакомил меня и с Александром Парнисом, и с Анной Заваровой.

Вариант 3 Посещай выставки, аукционы и распродажи!

Он же показал мой сборник стихов Геннадию Айги — культовому поэту для круга моих друзей. Что сказал поэт о моих стихах, я до сих пор не знаю. И именно он привел меня к Валерию Ламаху.

А тот, посмотрев мои рисунки, сказал: И такой я по жизни… И еще мой мастер курса, узнав, что я абстракционист, мне сказал: Что он имел в виду, мне трудно теперь сказать.

  • Выберите свой город
  • БИБЛИОНОЧЬ «СВЯЗЬ ВРЕМЁН»
  • Этикет-класс «Знакомься, это – ТЫ»

Но все эти мощные люди были рядом — Григорий Гавриленко, Сергей Параджанов и. Федор Тетяныч на Андреевском спуске. Фотография предоставлена семьей Федора Тетяныча И. Но, тем не менее, какие были у Фрипульи, у вас отношения с официальным искусством?

Можно ли это назвать частью андеграунда? Вы знаете, это очень интересный вопрос. И, конечно, я могу ответить на. Более того, он рассказывал мне, что он в своих костюмах являлся на заседания Союза художников.

И ему прощалось, потому что он действительно такой был народный, наивный, юродивый. Но эта юродивость неагрессивная, абсолютно беззлобная. Вы подняли очень важную тему — отношение Феди с истеблишментом. Конечно, это монументальное искусство позволяло, так сказать, многие шалости, которых была лишена станковая живопись. Я ошалел, потому что в Киеве ничего подобного не.

Я к тому времени уже занимался скульптурой из ржавого железа, которую в те времена в Киеве, конечно же, совершенно невозможно было показать. Я киевлянин коренной, живу тут всю жизнь, тут низкий уровень культуры.

Например, у меня кинематографическая карьера здесь бы сразу закончилась, меня уже прямо так в землю врывали. Когда я попал в Москву, это для меня был шок: А вот в кино — там же просто другая планета: Летов у меня в красном комбинезоне стоял, приковывая сам себя на ледяной площадке Останкинской башни, размахивал флагом — это был финал фильма — и кричал медитативно: Этот фильм был заказан Министерством образования — сидели там комсомольские партаппаратчики: Я к чему это говорю, я сдавал этот фильм вместе с художественным руководителем творческого объединения Виктором Гавриловичем Юрловским.

И мы выходим после этого провала, поражения, катастрофы, а он говорит: И знаете, что он мне сказал, что в Киеве невозможно по определению было: И они нам заказывают другой фильм. Вы представляете, и дал мне массовые экраны, два маленьких фильма. Железо, дерево, найденные материалы.

Фотографии предоставлены Юрием Зморовичем. Но Федору — теперь вы простите за фамильярность — многое прощалось и допускалось даже в Киеве? И он успешно, даже после института, работал как монументалист. Он мне сам позднее сказал: И эти фрески, фризы стоили больших денег. Вам, наверное, известно, что Федор писал портреты членов Политбюро, причем по собственной инициативе.

Например, на фоне звездного неба, кометы и. То есть Фрипулья присутствовал все равно. И вот юмор, тщеславие, честолюбие — всё это как-то объединилось в. Красивое объяснение — этот его космизм, взгляд на человечество, на людей как единое целое.

Но это вообще характерно для шестидесятников. Соответствующим было отношение и к политике и системе.

Знакомься, это – ТЫ | | Гомельская областная универсальная библиотека им. В.И. Ленина

Я был в страшной внутренней оппозиции к официальному искусству, то есть я терпеть его просто не мог — эти тематические обязаловки и проч. У Феди, наверное, этого не. Я воспитывался на польском джазе. Так что это всё странно. Еще в юности я ходил в библиотеку в костел святого Александра.

Там историческая библиотека была с потрясающим каталогом, с потрясающим собранием, до сих пор не знаю, откуда корни у этой библиотеки: Тетяныч действительно подарил мне вот такое доверие свое, приходил домой ко мне и с детьми знакомил.

Я узнал его с другой стороны, и я думаю, что это очень важное свойство и качество было — располагать людей к.

знакомься это ты выставка

У меня забавный эпизод. Они собрались, встретились на Гидропарке, но он не пришел в своем привычном развивающемся космическом костюме. Был скромно одет, сидел на бережку, а актеры — народ амбициозный и вредный — они всматривались и кривились: Федя, наверное, на это тоже обратил внимание. Вообще, у него чуйка была в этом смысле — ощущение реакции на. И реакция была обоюдно провокативная, то есть если он чувствовал, он провоцировал, чтобы подогреть это внимание.

У него действительно потрясающая способность была магнетизировать и гипнотизировать массы. И вот сидит Федя. Церковь какая-то, а в районе церковки, поодаль, стоял джип или два. Абсолютно как из кинофильма.

знакомься это ты выставка

И он пошел к. Личное всё — в картинках. Потом, кому надо, знал обо мне, а кому не надо, те просто охладели. А тем, кто просто рассматривает картинки в Интернете, всё равно, кто за этим стоит. Но художникам важно, потому что это коллега — им интересно посмотреть, что за человек. Мне и самой, когда начинает нравиться чье-то творчество, хочется познакомиться с автором. Ведь все эти выставки и фестивали постепенно вытягивают тебя из этой ниши полного инкогнито?

И уже когда меня поставили перед фактом, я быстренько что-то придумала. Вот у нас было открытие в Одессе, вместо меня Сережа Мельниченко выступал.

знакомься это ты выставка

У себя на открытии — кураторы выступали. У меня есть объективные причины. Если бы их не было, я бы абсолютно не скрывалась. Хотя рано или поздно, если мои работы будут представлять действительно какую-то художественную ценность для Украины, наверное, можно будет и раскрыться. В общем, я решаю проблемы по мере их поступления. Ты же не просто так, от скуки, рисуешь, или потому что у тебя рука свербит. Есть какая-то вызывающе страдальческая нота в этом всём.

Это не порно, не эротика. Это какая-то очень личная, невротическая и тянущаяся в бесконечность сага. Ну, радость — она испытывается как-то легко: Но мне уже люди, считающие себя как бы искусствоведами, тыкают тем, что, мол, страдание легко вот так изобразить, намного легче, чем счастье.

А вот ты попробуй счастье нарисовать. Мне надо знать, о чем рассказывать. Ну, я не знаю. Просто я в этих страданиях вижу счастье. Я счастлива оттого, что я испытываю эти страдания. То есть, я понимаю с возрастом, что эти острые ощущения и есть кайф. От того, что грустно, — кайф. Есть какие-то проблемы — это значит, что мы живы! Есть проблема — есть эмоция. И ты её в этот момент зарисовываешь, потому что завтра уже ее не будет! Когда я начинала, многие люди мне идеи подкидывали: Я постоянно вспоминаю картинку с коктейлем и с трубочкой.

Она меня по-хорошему насмешила. У меня поэтому такой формат изначально маленький: Я в офисе сижу и А4 — это очень удобно. Ну, я же сразу назвалась Kinder Album. Это как бы все объяснило. Конечно, были какие-то люди совсем с улицы, оставляющие отзывы типа: Хотя нет, один из львовских художников мне как-то сказал, что вот он думал-гадал, ну кто же это так криво рисует такие ужасные вещи, и как можно их показывать.

Потом, говорит, присмотрелся — есть и ракурсы какие-то, и что человек совсем без образования не может так рисовать. Вообще, с кем ни пообщаешься, все понимают, что правильные линии никому не интересны. Это мало кого интересует, потому что линия живая, кривая — это естественно. Кусочек времени, типа старость — как нечто неизведанное.

Мы знаем детство, но когда мы вырастаем, мы это детство забываем и потом начинаем уже его наблюдать опять, как будто мы и не были детьми.

Делаем какие-то выводы, читаем какую-то кучу статей о детях, о том, как их воспитывать. И старость для нас — это что-то подобное.

Вроде ты уже скоро и будешь в этом времени, но сейчас-то жизнь бурлит. Наверное, она будет бурлить и в тот момент. А когда мы наблюдаем за стариками, кажется, что ничего не происходит. Кажется, что они все несчастны, что они все медленно делают. И мне даже обидно, что человек не может встать так же резво, как я это делаю. И я фиксирую какие-то обычные вещи: Мне, кстати, писали в комменты: Что же вы, старики, не можете как-то пободрее?

У меня есть видео, где бабушка в супермаркете как-то очень смешно покупает два вида рыбы по разной цене: Она отсюда набрала, а потом — оттуда, в тот же пакет.